Год больших юбилеев

Разбирательство по "делу Хорошавина" продолжается в Южно-Сахалинском горсуде

Разбирательство по "делу Хорошавина" продолжается в Южно-Сахалинском горсуде

  • 05:14 31 октября
  • Просмотров 840
Экс-губернатору и бывшим его подчиненным вменяется «выбивание» взяток из местных предпринимателей и легализация незаконно полученных доходов.

Итак, Алесандр Хорошавин, советник Андрей Икрамов, заместитель председателя правительства Сергей Карепкин и министр сельского хозяйства Николай Борисов на одной скамье подсудимых. Ответов на многие вопросы пока так и нет. Ясно лишь одно: новый 2018 год им придется встречать за решеткой. Адвокатам не удалось добиться смягчения меры пресечения – они настаивали на домашнем аресте, мотивируя тем, что подзащитные не нарушают тюремного режима, нет попыток бежать, давить на следствие и свидетелей, судебное расследование практически завершено, да и презумпцию невиновности никто не отменял. Кроме того, в практике судов, в том числе сахалинских, домашние аресты не редкость. Озвучивались фамилии тех, кто подвергался этой мере пресечения: Соломко, Гаврильчик, Шкрабалюк и другие. К тому же, здоровье подсудимых ухудшается.


Тем не менее, суд удовлетворил ходатайство прокурора. Содержание под стражей продлено по 9 февраля 2018 года.


Слово держал и Александр Хорошавин. Был эмоционален. Цитировал классиков. Восемь месяцев, заметил он, идет суд, завершено представление доказательств стороной обвинения. Два года они находятся в тюрьме. У них нет заграничных счетов и паспортов, имущества и билетов «на выезд». Но государство предпочитает держать их за решеткой.


— Чуть менее чем за три года я сидел в трех тюрьмах, слушал, смотрел, анализировал,  сказал экс-губернатор. – Там также делятся хлебом, и даже больше, чем на воле. Там суетятся вокруг больного. Но есть и те, кто ломается. Надо оставаться при любых обстоятельствах человеком. А вот свидетели взяли на себя грех. И если они думают, что это им спишется, то ошибаются. Пусть это будет на вашей совести.


Далее бывший глава региона процитировал известного поэта Евгения Евтушенко.


«Ведь у тех, кто у кривды на страже,

Кто давно потерял свою честь,

Если нету и совести даже –

Муки совести вроде бы есть».


Судебные заседания зачастую проходят в нервном режиме, переносятся из-за болезни то подсудимых, то их адвокатов. В зале постоянно присутствует медик для измерения давления Хорошавину и Икрамову. Пахнет «сердечными» лекарствами.


На данном этапе идет допрос свидетелей со стороны защиты.


Цель  доказать, что у именитых взяткодателей, руководителей местных фирм, не было повода переживать за свой бизнес и нести «дань», никто ничем им реально не угрожал. Да и волей своей губернатор не имел права прекратить или сократить финансирование объектов.


Вот, например, эпизод со строительством автодороги Южно-Сахалинск – Оха, осуществлялось оно за счет средств компании «Эксон». Деньги целевые, их использование регулярно проверялось контрольно-счетной палатой области, повлиять на финансирование экс-губернатор не мог. Работы ЗАО «Труд» и субподрядчиками выполнялись на хорошем уровне.


 Святых, конечно, не бывает, случались замечания, — сказал свидетель, бывший первый заместитель председателя правительства Сергей Шередекин,  Но все устранялось без проблем.


Даны им показания и по поводу строительства 4-го энергоблока Южно-Сахалинской ТЭЦ.


Объект стратегического значения, отчеты следовали по каждому этапу, проверял ход финансирования и выполнения работ и федеральный центр. Изменение стоимости объекта – ситуация чисто рабочая, при проектировании цена одна, при реализации – выше (рост доллара, а все оборудование приобреталось за валюту). Из сказанного следовало, что показания бывшего руководителя стройорганизации Николя Крана, ныне покойного, согласно которым из него правдами-неправдами «выбивали» аж 5,5 миллионов долларов «отката» за этот контракт, не очень убедительны.


Даны Шередекиным пояснения и по поводу Тихоокеанского Внешторгбанка (тоже вотчина Крана). Вывод хранящихся там крупных бюджетных средств администрацией области – не метод давления на Крана, причина в другом. Появились слухи о предстоящем банкротстве банка (что вскоре и случилось).


Рисковать областная администрация не имела права. Тем более, печальный опыт с банком «Сахалинвест» уже был.


Шередекин положительно охарактеризовал Хорошавина: человек, никогда не повышающий голоса, умеющий слушать, спрашивать и принимать решения.


Если верить свидетелям со стороны защиты (а не верить вроде бы нельзя, ведь показания даются, так сказать, под присягой), все подсудимые – золотые люди. Родственников, пожалуй, можно и понять. Вот, к примеру, допрос по видеоконференцсвязи Ольги, сестры Икрамова из Красноярска.


 Мой брат самый лучший мужчина, которого я знаю в этой жизни,  сказала она. – Зарабатывать начал еще в студенчестве: своя стоянка, магазин продуктов, автосервис, частное охранное агентство. Профессионально играл в баскетбол, за что ему тоже платили. Содержал себя сам и был состоятельным еще до работы в администрации области на Сахалине, имел недвижимость в Москве, Калининграде и Подольске.


Мама подсудимого, Нина Исаковна Икрамова, пояснила, как они покупали квартиры. После выхода на пенсию были накопления, рубли меняли на доллары. Продали четыре пакета акций и две квартиры в Красноярске – купили «трешку» в Москве. Продали ее – купили квартиру в столице уже на Славянском бульваре. На которую наложен арест, следствие считает, что приобретена она «за взятку» Андрею.


Только хорошее мог сказать о сыне Рашид Мухамадиевич Икрамов. Андрей, по его словам, трудоголик, спортсмен, дважды выступал в Америке. Отец им гордится. Сам же Рашид всю жизнь работал начальником цеха алюминевого завода, человеком всегда был состоятельным, мог купить множество квартир.


Свидетель Ирина Конопатская проживает в Сочи, но для дачи показаний явилась в Южно-Сахалинский горсуд. Сожительница Икрамова, знает его с 2011 года. По ее мнению, Андрей – самый замечательный человек, ответственный и отзывчивый. Дети Ирины от первого брака называли его папой и любят по сей день. У нее свой бизнес (сделки с недвижимостью). 27 мая 2015 года был произведен (с 20 до 2 часов ночи) обыск в квартире в присутствии мамы и детей. Поведение силовиков, говорит она, было отвратительным. Затем 4 раза летала на допросы в Москву, после первого допроса арестовали все имущество, а также имущество мамы, брата, всех клиентов. Это ею расценивается как давление. В итоге еще оказалась и без работы – руководителю конторы не нужны, как он сказал, проблемы.


Деньги Икрамов давал на продукты, бензин, дорогих подарков, увы, не делал. Дважды Ирина прилетала в Южно-Сахалинск, ходили в кино вместе с Романом Альперовичем (гендиректор «СахалинИнжиниринг»), с которым у Икрамова были дружеские отношения.


По видеоконференцсвязи с Москвой допрошена Светлана Гуренович, бухгалтер ИП Володченко и одна из жен Икрамова. У них двое детей, знакомы с 2003 года. После его задержания остались без финансов, до этого содержал их Икрамов. В дела Андрея не вникала, крупных сумм в валюте не видела. Приезжал редко, в 2012 году развелись, но с детьми Икрамов общался, сохранились дружеские отношения. При расставании отдал земельный участок Светлане, но ее родители отплатили 900 тысяч рублей, чтобы не быть в долгу.


 Всегда был одержим работой,  говорит свидетель. – До фанатизма.


Елена Икрамова, швея из Подольска, бывшая жена подсудимого. Познакомились в Красноярске, когда он был студентом. Финансово был независим, вел бизнес, играл в баскетбол. В 1997 году переехали в Подольск, купили 3-комнатную квартиру, машину. Икрамов возглавлял отдел по закупке свежемороженой рыбы на местном комбинате, ездил в командировки, в том числе на Сахалин. Параллельно у него был бизнес по поставке стройматериалов из Польши. В 2005 году супруги развелись, квартира осталась жене. До ареста Икрамов поддерживал отношения с дочерью, оплачивал учебу в МГУ, в этом году девушка окончила вуз с красным дипломом, сейчас учится в Дипломатической академии МИД России.


 В 2014 году я купила земельный участок, о котором Андрей даже и не знал,  сказала Икрамова. – Участок арестован, как и квартира в Москве по Славянскому бульвару.


Андрей добрый, отзывчивый, порядочный, всегда готов прийти на помощь.


Дал показания москвич, заместитель генерального директора Всероссийской федерации волейбола Михаил Подлозный. Связано это с благотворительностью, к которой побуждал сахалинцев (в частности, строительную фирму «СахалинИнжиниринг») Икрамов.


Подлозный благодарен ему за то, что этот человек смог организовать волейбольную женскую команду, нашел средства. И сейчас девушки играют в суперлиге. Деньги действительно шли на спорт, а не в карман Икрамову.


Адвокаты заинтересовались фондом «Российский общественно-политический центр», который занимается изучением и формированием общественного мнения. Организация серьезная, в числе учредителей – администрация президента РФ. В конце 2014 года на его счет поступило почти 10 миллионов рублей. Руководитель фонда, доктор психологических наук Алексей Трубецкой слегка путался, от сахалинской или приморской компании. Выяснили: опять «СахалинИнжиниринг».


Дело обычное, фонду помогали многие регионы. Взамен освещалась в федеральных СМИ деятельность руководства субъекта РФ.


Недавно избранный депутат облдумы Юрий Цой на допросе выбрал свою линию: не отвечать на вопросы, которые он считает недопустимыми. Судья это его право подтвердила. Поэтому многое осталось под завесой тайны. Вот, скажем, Цой в конце июля 2014 года занял по дружбе главе строительной фирмы «СахалинИнжиниринг» Роману Альперовичу (который заявил о том, что платил «откаты» в губернаторский фонд за контракты на строительство объектов за счет личных и заемных средств, а не фирмы) беспроцентно на 4 года аж 75 миллионов рублей.


 Из каких доходов такая щедрость? – спрашивает сторона защиты.

 Доходы не раскрываю,  отвечает Цой.

 Возбуждались ли в отношении Вас уголовные дела?  допытывается адвокат.

 Я не буду отвечать на этот вопрос,  говорит депутат.

 Задекларированы ли Вами эти 75 миллионов? – задает вопрос свидетелю Хорошавин.

Нет ответа…

Цой знаком с Икрамовым. Вместе играли в футбол. Занимал ли депутат еще кому-либо деньги?

 Не желаю отвечать.

 Легально ли работает ваша фирма «Гигант»?

 Не желаю отвечать…


Отпустили народного избранника с трибуны свидетеля с миром.


Допрошена Галина Шадрина. По версии следствия, ее муж Олег Шадрин передавал Карепкину взятку от рыбопромышленника Анатолия Осадчего. Свидетель говорила о том, что мужу поступали предложения оговорить Карепкина, «давили» сильно, он даже поехал к следователю с сумкой, боялся, что не вернется с допроса.


Кстати, о Карепкине все свидетели отзывались положительно. Бывший заместитель председателя правительства Сергей Хоточкин:


— Один из близких мне товарищей, имеем общие увлечения. Очень принципиальный, корректный.


Его же характеристика, данная Хорошавину; очень грамотный, был эффективным мэром, умеет слушать, понимает суть вопроса, отличный коммуникатор, стратег и тактик.


Дал пояснение Хоточкин и вот по какому вопросу. Субсидирование авиаперевозок компании «Аврора» за счет средств областного бюджета следствие расценивает, как ответное действо на полученную от руководителя авиакомпании Константина Сухоребрика взятку. Отнюдь. Никто на Сахалине, подчеркнул Хоточкин, не хотел возить авиапассажиров, в этот сложный период администрация области была заинтересована в устойчивом перевозчике, который летал бы на Курилы и в Шахтерск. Такие меры принимались в интересах широкого круга сахалинцев и курильчан.


По видеоконференцсвязи допрошен бывший вице-губернатор Сергей Вильямов, курировавший строительную отрасль. Речь шла о строительстве «Сферой» ледового дворца «Кристалл», где тоже, утверждает следствие, от руководства фирмы шли «откаты» под угрозой задержки оплаты уже выполненных работ. Нарушений в этом плане, заверил Вильямов, не было. Залпину, гендиректору «Сферы», даже авансы выделялись – 30 процентов от лимита финансирования на предстоящий год.


 С приходом к власти Хорошавина, оживилось строительство в области,  сказал бывший вице-губернатор. – В том числе и жилья, с 40 до 300 тысяч квадратных метров ежегодно.


Подробно исследовалась «рыбная» тема. А именно – деятельность комиссии по анадромным видам рыб, которая занималась определением мест, объемов лова, его сроков. И установкой РУЗов. Основанием для их установки, сказал Павел Колотушкин, занимавший руководящие должности в агентстве по рыболовству, был акт ихтиологической службы Сахалинрыбвода. Вспоминали рыбопромышленника Анатолия Осадчего, который давал показания о «плате» за доступ к рекам. Этого, утверждал Колотушкин, быть не могло, все решения комиссией принимались коллегиально, в ее состав входили и чиновники, и научные работники, и силовики, это надо было взятки давать всем…


Ни Хорошавин, ни Карепкин не могли единолично оказывать давление на членов комиссии подтвердил заместитель председателя правления ассоциации «Союз рыболовецких колхозов и предприятий Сахалинской области» Сергей Сенько. Карепкин, по мнению свидетеля, профессионал, был на своем месте и понимал, что происходит в рыбной отрасли. Сейчас этого не хватает. Что касается Осадчего, то Сенько сказал коротко:


 В разведку я бы с ним не пошел.


 Никто не требовал по 3 миллиона рублей за разрешение ловить в речке,  говорил еще один свидетель, заместитель гендиректора «Заря» Сергей Довидович. 


Ничего не слышал о поборах рыбопромышленник Дмитрий Матвеев, ему никогда таких предложений не поступало.


Допрошен уполномоченный по защите прав предпринимателей области Андрей Коваленко, ранее работавший в рыбной отрасли. Свидетель не знает ни одного случая вмешательства правительства в деятельность «рыбной» комиссии, лоббирования чьих-то интересов при установке РУЗов или выдаче разрешений на вылов. Отношение Осадчего к Карепкину, считает он, было явно недружелюбным, но на получение им разрешительных документов это не влияло. «Папой» или «барином» Карепкин экс-губернатора никогда не называл (как утверждал Осадчий), человек он корректный, со всеми на «Вы». Дисциплинированный и ответственный. Если нужно было решить с ним важный вопрос, лучше всего приходить в 7 часов 40 минут – он уже на работе.


Сергей Жолнин, бывший помощник Карепкина, отметил, что в работе заместителя председателя правительства царила открытость, кабинет нараспашку, от сотрудников процесс не скрывался. О Хорошавине Карепкин говорил уважительно – шеф.


Адвокаты ходатайствовали о допросе и других свидетелей (бывшего министра строительства Елены Ивашовой, спикера облдумы Андрея Хапочкина и так далее). Особо защита настаивает на свидетельских показаниях владельцев иностранных компаний, через которые, по версии следствия, Кран переводил Хорошавину и Икрамову в качестве взятки 5,5 миллионов долларов. Оригиналов договоров нет, в их копиях отсутствуют подписи и печати, есть расхождения в сумма (5,5 или 2,1 миллионов долларов?).


Прокурор возражает: допрошено много свидетелей, расширять их список еще и за счет иностранных граждан нет смысла. Суд удовлетворяет ходатайство защиты частично – обеспечивать явку своих свидетелей самостоятельно. Адвокаты считают, что таким образом ограничивается их право и право подзащитных в предоставлении доказательств.


Судебный процесс будет продолжен.


о муках2.JPG


о муках совес.jpg


о муках3.JPG


Автор: Лариса Пустовалова
Комментарии