Год больших юбилеев

Гардемарины, вперед!.. На Сахалин за «керосин-водой»!

Гардемарины, вперед!.. На Сахалин за «керосин-водой»!

21:16 21 февраля
Или человек, сказавший «нет» самому Нобелю!

Многие смотрели художественный фильм «Гардемарины, вперед!» о приключениях выпускников Навигацкой школы. В этой статье мы расскажем о реальном гардемарине, который вошел в историю нашего острова как один из первых исследователей месторождений сахалинской нефти.


Кажется, сама судьба предназначила потомственному дворянину Григорию Зотову перебраться из европейской части России на Дальний Восток, чтобы посвятить себя поискам черного золота. Григорий Иванович родился в 1851 году в Севастополе. Какой мальчишка не мечтает о море, тем более в городе славных морских традиций?! После смерти отца, титулярного советника, семья перебралась в Санкт-Петербург, где он поступил в Морской кадетский корпус. Выбор профессии определило юношеское стремление к романтике и дальним странствиям. Сыграл роль и пример старших братьев, которые также посвятили себя морю. По окончании корпуса в 1871 году гардемарин был направлен служить в Кронштадт, а затем на Дальний Восток, где очень быстро поднимался по карьерной лестнице. В январе 1874 года он получил звание мичмана, а в августе произведен в лейтенанты. Тем не менее в том же году вышел в отставку и женился на дочери богатого купца Алексея Иванова из Николаевска-на-Амуре.


Несмотря на свое простое происхождение, Иванов стал крупным дельцом, контролировавшим меновую торговлю с аборигенами на всем северном Сахалине. Император Александр II присвоил бывшему солдату звание купца первой гильдии, что давало право вести заграничную торговлю и владеть морскими судами. Таким образом, император отблагодарил его за преподнесенные в дар соболиные шкурки уникального «розового» оттенка.


Ценная бутылка с Сахалина – выдержка миллионы лет


Купец не упускал новых перспективных возможностей. Поэтому он с готовностью ухватился за информацию, доставленную ему якутом Филиппом Павловым с Сахалина о множестве ям, наполненных странной пахучей жидкостью, и местах, покрытых черной и вязкой корой, которую в наше время называют асфальтом. В доказательство он привез бутылку с «керосин-водой». Слово «нефть» ни он, ни коренные народы Севера тогда не знали. А шаманы использовали ее в своих ритуалах.


Купец, хорошо знавший о разработках нефти на Кавказе, приносивших солидные барыши, сразу отправил доверенного приказчика Николая Рожнева вместе с Павловым на север Сахалина, чтобы проверить полученную информацию и застолбить участки. Поляны с нефтяными лужами Рожнев отметил, вырезая большие кресты на стоящих рядом деревьях. После возвращения своих агентов купец 6 июня 1880 года написал прошение приамурскому генерал-губернатору о выделении тысячи десятин (чуть более тысячи гектаров) сахалинской земли для разведки и добычи нефти. В прошении Иванов писал, что источник нефти находится: «На оконечности острова Северо-Сахалина, впадающего в Охотское море на восточном берегу; с обеих сторон горы; с правой гора называется Ургань, а с левой – Мургунь. Речка, протекающая между гор, называется Оха».


Если Филипп Павлов получил «нефтяное роялти» – эвенкийскую девушку с севера Сахалина, за которую отдал калым – подаренные благодарным купцом часы, сам Иванов умер, не дождавшись дивидендов, в августе 1881 года. Только через три года его вдова Анисья получила разрешение на земли для поиска и добычи нефти, но решила, что не стоит женщине ввязываться в рискованное и дорогостоящее предприятие. Поэтому официально отказалась от всех заявленных ее покойным мужем прав на сахалинскую нефть.


Прошло еще несколько лет и черным золотом заинтересовался начальник Александровска – Сахалинского округа Федор Линденбаум, который развил бурную деятельность. По его инициативе бочку с «керосин-водой», взятой у села Некрасовка, впервые исследовали ученые. Причем в таком авторитетном учреждении, как Императорское русское техническое общество Петербурга. Этим занимался лично главный ученый-химик русской армии генерал-майор Михаил Котиков. К сожалению, не получилось определить качество нефти, потому что образцы были взяты с нарушениями. Новые пробы были доставлены в Петербург только спустя два года, потому что посланный за ними корабль потерпел аварию в Татарском проливе.


x.jpg


Зотов вступает в дело


Узнав, что чиновник уволился со службы, чтобы заняться перспективным делом, наследник покойного купца Иванова Григорий Зотов стал действовать на опережение. В 1886 году ему пришлось предпринять дальнее путешествие в Северную Пальмиру, чтобы в судебном порядке отстаивать свое право быть преемником николаевского купца. В августе 1888 года он написал прошение в министерство государственных имуществ о разработке сахалинской нефти на льготных условиях «в 45 верстах от гиляцкой деревни Лянгри, на речке Оха, между гор Ургань и Мургунь». Затем Зотов подписал договор с министерством на разведку и эксплуатацию Урктского нефтеносного участка на реке Оха сроком на десять лет. Для реализации своего замысла он, пользуясь капиталами и связями умершего тестя, организовал купеческое объединение «Сахалинское нефтепромышленное товарищество Зотов и К°». В него вошли коммерсанты Владивостока, Кяхты и Москвы.


Первая в истории нефтяная компания Сахалина решила начать свою деятельность на серьезной научной основе. С этой целью по просьбе купцов приамурский генерал-губернатор барон Корф в 1889 году отправил на остров опытного горного инженера Бацевича, который до этого 15 лет занимался поисками нефти на Кавказе и сделал первое научное исследование геологии месторождений и недр Баку. После того как тот дал заключение о «значительных запасах петролеума, что сахалинские нефтяные месторождения заслуживают полного внимания со стороны капиталистов», начиная с того же года на остров одна за другой снаряжаются четыре экспедиции с участием самого Зотова и Бацевича.


Трудная дорога к нефти


Поиски сопровождались большими сложностями и опасностями. Зотов с товарищами тонул на банке, которая сейчас носит его имя. В другой раз рыбацкие лодки нивхов, на которых перевозили людей и снаряжение, чуть не пошли ко дну рядом с сахалинским берегом. «Среди разгулявшейся водной стихии гиляки вдруг перестали грести и, сидя совершенно спокойно на своих местах, приготовились принять смерть. Находясь в таком ужасном положении, я пригрозил, что буду стрелять, если они не примутся за дело. Угроза подействовала, и мы скоро выбрались», – вспоминал Бацевич. Поведение нивхов объяснялось их религиозными представлениями, согласно которым человек, сопротивляющийся судьбе, совершает грех, потому что идет против желаний духов.


Но добраться до суши – это лишь начало испытаний. Дорогу вглубь острова преграждали непроходимая тайга и болота. Поэтому даже местные жители редко отваживались на такой путь. Эвенки не хотели давать своих оленей для перевозки грузов. По их словам, летом животные очень страдали от укусов комаров. Людям было не легче. Приходилось нести тяжелую поклажу на себе, из-за чего в день преодолевали всего несколько верст. К тому же проводники нивхи теряли ориентиры, и поисковики по несколько дней ходили по кругу. Добраться до цели им в буквальном смысле помогли сильный запах нефти и отметки на деревьях, вырезанные приказчиком купца Иванова. Так они нашли, например, «Большое асфальтовое озеро», которое произвело на них сильное впечатление. «В ясный и жаркий летний день манящее черное блестящее озеро становилось ловушкой для птиц, которые садились на эту гладь, принимая ее за воду, и больше не могли оттуда выбраться. Об этом свидетельствовали многочисленные скелеты, рассеянные по поверхности», – вспоминали очевидцы. Иногда им начинало казаться, что такой западней стал для них сам Сахалин.


С большим трудом рабочие лопатами и ручным буром вгрызались в землю. Иной раз за день удавалось пробить скважину не более метра глубиной. К этому добавлялись вынужденные простои из-за несвоевременной доставки оборудования, проблемы с питанием и болезни. Часть работников требовала немедленного расчета. Кроме того, горный мастер С. Масленников дал негативный прогноз по сахалинской нефти. Неудивительно, что в таких условиях компаньоны Зотова отказалась от продолжения работ. Сначала он вел исследования на свои средства, даже пытался использовать труд каторжников. Последняя экспедиция состоялась в 1893 году.


После русско-японской войны Зотов вновь предпринял безуспешную попытку уговорить Горный департамент выделить кредит на разработку нефти на Сахалине. Для этого он выехал в Петербург, где с ним встретился сам А. Нобель, предложив упрямому русскому в обмен на сахалинские нефтеносные участки 250 тысяч золотых рублей (громадные деньги по тому времени), да еще процент прибыли, что говорит о том, как высоко оценивал сахалинские проекты крупнейший международный магнат. До этого Зотов уже несколько раз отказывал представителям его фирмы. Письмо с воспоминаниями его дочери по этому поводу опубликовано в газете «Сахалинский нефтяник» в 1968 году.


Во время встречи швед заявил: «Рано или поздно ваша нефть будет моей». По одной из версий, это произошло 26 сентября 1907 года. В этот же день Григорий Алексеевич внезапно скончался в возрасте немногим больше 50 лет. В том же году дочь пионера добычи сахалинской нефти уступила все права русско-китайскому банку, у которого впоследствии не хватило средств на осуществление этих планов.


Причины неудач


Отрицательную роль для проекта Зотова сыграли незнание местных условий и недостаток данных о геологическом строении острова, разительно отличающегося от соседнего материка. А также отсутствие необходимого оборудования, предназначенного для разработки глубоких скважин. Кроме того, негативно сказалось и недоверие к правильным рекомендациям опытного специалиста Бацевича. Государство также не проявило тогда особого интереса к сахалинской нефти. Помешала и вскоре начавшаяся русско-японская война.


Итоги


В ходе экспедиций были нанесены на карту Охинское, Ногликское, Старо-Набильское, Пильтунское и Ратмановское нефтяные нефтепроявления, оказавшиеся позже месторождениями. В том числе разведка велась на месте нынешнего промысла № 1 на реке Оха, в долине Аллас, возле Урктского, Ныйского и Набильского заливов, на реке Ноглики. Интересно, что один из лагерей искателей нефти располагался на месте Охинской ТЭЦ.


Зотову удалось навсегда остаться в истории Сахалина. Первая добытая промышленным способом нефть острова была получена созданным в 1909 году «Сахалинским нефтепромышленным товариществом «Наследники Г. И. Зотова и К°». Вдохновленные этим известием сотни промышленников подали заявки на отвод нефтеучастков на острове. Буровую, с помощью которой бурили скважину, назвали «Вышкой Зотова». Теперь это памятник истории и культуры Охи. Достопримечательность является напоминанием о флотском офицере, который в бурных волнах жизни держал курс, как на маяк, на уже созданную в его воображении нефтяную вышку, с которой на самом деле и начался отсчет нефтегазовой промышленности Дальневосточного Баку, ныне известного по всему миру.


Впоследствии оправдалось и предвидение Бацевича, который говорил, что «Япония и Китай могут стать такими рынками, где возрастет спрос на осветленное минеральное масло». Тем более, что по своим свойствам сахалинская нефть близка к кавказской. Зотов планировал построить на острове керосиновый завод, чтобы снабжать Приамурский край, что было бы намного дешевле, чем завозить керосин с Кавказа и Америки, как происходило в то время. Кроме того, была задумка наладить поставки нефтепродуктов для флота и железной дороги. Многое получилось уже в наши дни. Жизнь Зотова и его единомышленников подтверждает, что мечты рано или поздно осуществляются. Главное – верить в себя и стремиться их реализовать.


Автор: Даниил Панкстьянов
Фото: skr.su