Голод, местное мороженное, маскарады и Оха Хабаровского края

Голод, местное мороженное, маскарады и Оха Хабаровского края

09:03 02 июня 2020
Отрывки из книги Александра Геллера об истории Охи.
Продолжаем публиковать отрывки из неизданной пока книги краеведа Александра Геллера об истории Охи. Предыдущие публикации можно прочесть на сайте «Сахалинского нефтяника» в рубрике «Культура».

Этот материал посвящен тому, как жила Оха в начале 30-х годов. Как страдала от голода и производила охинское мороженное, как от эпидемий страдали дети и взрослые, как люди устраивали маскарады и как Оху передали в ведение Хабаровского края. А еще первому перелету Хабаровск – Оха, строительству жилья и появлению на карте Охи, уже как города.

«... Специфические условия жизнедеятельности Охинского района (правление треста «Сахалиннефть» находилось в Москве, а в Охе находился заместитель управляющего трестом и руководство было, в основном, по телеграфу, все вопросы решались в Александровске, Хабаровске и Москве), отдаленность Охинского района от центра и отсутствие надёжных транспортных коммуникаций – всё давало право руководителям Охинского района принимать многие решения без утверждения округом. Поэтому руководство Охинского района вышло с предложением о выделении района из состава Сахалинского округа. В сентябре 1930 года решением ДальКрайкома ВКП(б) Охинский район выделяется из состава Сахалинского округа с передачей его в непосредственное подчинение краю.

Выступая на II съезде Советов, председатель сахалинского Окрисполкома С.В. Турок заявил: «Теперь на острове имеется не один округ, а имеется и Охинский район, который подчинен непосредственно краю». В начале 20–х годов для обеспечения жителей Дальнего Востока продуктами создается Дальгосторг. В 30–е годы он строит в поселке Оха магазины и склады, а также организовывает фактории на Чайво, в Охе. В факториях шёл прием пушнины от охотников и снабжение их оружейными припасами и продовольствием. От Охинской фактории осталось упоминание в виде названия района – Пушной переулок.

Рабочие кадры обучались на шестимесячных курсах. После окончания они начинали работать продавцами и заведующими магазинов.  

С 1 июня 1930 года по решению Сахалинского окружкома ВКП «б» и Окрисполкома произошло резкое сокращение продовольственных  норм в Охинском районе, что означало резкое увеличение людей, которые могут заболеть цингой.
Несмотря на протесты руководителей Охинского района Окружком рассматривал отказ  от снижения продовольственных норм  как грубое нарушение решений вышестоящих организаций. Поэтому, не желая ругаться с областным руководством, Охинское руководство было вынуждено подчиниться. Результатом снижения продовольственных норм на Охе явился массовый отток людей на материк.

Уезжали квалифицированные специалисты и создалась угроза, что в Охе не останется ни одного нефтяника.

Важным событием в жизни Охи стало открытие в 1930 году воздушного сообщения с городом Хабаровск. 9 января 1930 года летчик Михаил Водопьянов на самолете с бортовым номером СССР – 127 вылетел из Хабаровска по маршруту Хабаровск – Оха, протяжённостью 1180 км. Кроме него на борту самолета находились начальник Добролета Ривандин, секретарь Крайсовета ОСОАВИАХИМа Захаров и специальный корреспондент газеты «Тихоокеанская звезда» Волынский. Через три дня, 12 января 1930 года самолет, пилотируемый Водопьяновым, приземлился на льду залива Уркт.

Вот как об этом событии вспоминает М. Водопьянов: «Перелетели Татарский пролив, и вот перед нами Сахалин. Полетели на Север. Вскоре впереди на берегу Охотского моря показались нефтяные баки. Лечу через залив Уркт, сделал несколько кругов. Сели.» Из города за прилетевшими приехали на собачьих упряжках и доставили в клуб нефтяников им. Блюхера. После торжественной церемонии чествования героев им преподнесли по кожаному костюму и паре тёплого белья. На следующий день в Охе состоялось катание местных жителей на аэроплане.  После чего Водопьянов поднял самолет в воздух и взял курс на город Александровск. Вскоре в Охе был оборудован гидроаэропорт третьего класса, а 14 июня 1930 года состоялось открытие регулярного воздушного сообщения Хабаровск – Оха – Александровск.

В 1931 году в Охе проживало 16 тыс. человек, и она становится крупным промышленным центром на Севере Сахалина. 4 апреля 1931 года выходит постановление президиума охинского районного исполнительного Совета рабочих, крестьянских, казачьих и красноармейских депутатов о строительстве нового города Оха.

«Постановили: Местом строительства нового города Оха утвердить район КПП. Обязать техническое бюро Сахнефти закончить проектировку к 1 мая сего года, и внести проект на рассмотрение».

Новый городок располагался в пределах улиц (названия современные) Комсомольская, Ленина, Блюхера,  50 лет Октября, им. Фрунзе, Карла Маркса и Первомайская. На улице Красноармейской «Сахвлинснаб» строится магазин по продаже книг и канцелярских принадлежностей «Когиз» (на этом месте в настоящее время располагается 5 магазин), а за зданием магазина артель «Советский труженик» строит двухэтажное здание, в котором на первом этаже расположилось фотоателье, а на втором – парикмахерская.
В это время газета «Сахалинский нефтяник» печатает объявление: «Артель «Советский труженик» приглашает на работу парикмахера и фотографа. Обращаться к председателю Азаренко.»

Выше,  по улице Красноармейской строятся два здания из железа (трусконовского типа). В одном расположилась редакция и типография газеты «Сахалинский нефтяник», а в другом – амбулатория. Здесь же строится, и вскоре принимает первых посетителей столовая №7, на базе которой открывается первый в Охе кондитерский цех, где, кроме кондитерских изделий, делали своё, Охинское мороженное.  
              
В 1931 году общая жилая площадь в Охе составила 15968 квадратных метра, что равнялось 2,2 метра на человека. Поэтому для увеличения темпов строительства как жилых, так и промышленных объектов было решено наладить на лесозаводе выпуск финской стружки – необходимого компонента для производства фибролитовых плит и построить в Охе завод по их производству. Этот завод с производительностью 200 плит в сутки был построен в районе нынешнего торгового центра «Нефтяник» и в этом же году запущен в эксплуатацию. В тридцатые годы из этого строительного материала в Охе был возведен новый район, получивший название – фибролитовый городок.

В Охе, при клубе Сен-Катаяма и барака №33 на 23 участке, с 4 декабря открылось справочное бюро по вопросам труда, быта, производства, техники, судебно-процессуальных, литературных, медицинских и других вопросов.

Из-за несвоевременного завоза продовольствия в навигацию 1931 года Оха оказалась на грани голода. На очередном заседании бюро Районного Комитета ВКП(б), состоявшемся 10 июля 1931 года было отмечено: «…в связи с прибытием рабочей силы на Оху продовольственные запасы на 10 июля истекают, детской нормы совершенно нет, началась эпидемия детских заболеваний: скарлатина, корь и коклюш. Есть смертельные случаи (cмертность составила 13 детей, больница была не в силах оказать помощь из-за отсутствия медикаментов), Оха совершенно находится без продовольствия и требует срочного подвоза, но по вине Совторгфлота Владивостока продовольствие в Охе будет получено не раньше сентября месяца, по причине того, что пароходы Кома, Серп, Молот и Ингиш, везущие продовольствием в Оху, идут по побережьям с разгрузкой по рыбалкам.»

На заседании бюро районного комитета ВКП(б), состоявшимся 23 июля 1931 года, обсуждалось чрезвычайное положение о быстрорастущей эпидемии, достигающей заболевания до 800 процентов. На заседании бюро были выявлены причины наступления эпидемии. Среди основных причин были названы следующие: 1. Карантин в зоне пребывания людей (Москальво и Кайган) не был установлен, и поэтому инфекция была занесена с материка. 2. Жилища для вновь прибывших в Оху не были готовы из-за отсутствия теса и рабочей силы, в следствии этого, рабочих размещали скученно, в палатках. 3. Отсутствие продовольствия и медикаментов в Охе усугубляло развитие эпидемии.

Было решено обязать райисполком на внеочередном заседании объявить население Охи на чрезвычайном положении и мобилизовать медицинский персонал на борьбу с эпидемией, в особенности в Сезонном городке. Из-за отсутствия медикаментов в охинской больнице признали необходимость выйти с ходатайством к концессионеру об отпуске медикаментов, необходимых для борьбы с эпидемией, а так же просить Крайисполком об оказании помощи путём быстрой заброски медикаментов, продовольствия, а так же сан.отрядов для борьбы с эпидемией. Принятые меры принесли свои результаты. Число заболеваний пошло на убыль, и к концу 1931 года с эпидемией было покончено.

В 1931 году в Охинском районе работало 3 школы, в которых обучалось 685 учащихся: в школе фабрично-заводской семилетки – 290 человек и в школах I ступени – 395 человек. Заканчивалось строительство еще двух начальных школ. Открываются пункты по ликвидации безграмотности русских – 5, корейских – 6 и китайских – 2. В них обучалось 250 человек.

В учебный 1931-1932 год в здании бывшего цингатория, на базаре, начинает свою работу школа ФЗС (фабрично-заводская семилетка).

Школы Охи испытывали недостаток педагогов. Учителя были перегружены, так как кроме основной работы в школах, вечером они вели занятия в пунктах ликвидации безграмотности. Уроки трудового обучения зачастую не проводились, так как преподавателей не хватало, а также отсутствовали школьные учебные мастерские и детские рабочие комнаты. Для закрепления в Охе учителей, они обеспечивались жильем, снабжались одеждой и обувью. Однако даже эти меры не позволяли в полной мере обеспечить педагогическим кадрами существующие и вновь открываемые в Охе школы, а также не хватало в достаточном количестве учебников, учебных и наглядных пособий.

В своей записке в ДальКрайОНО, Далькрайпрос и редакцию газеты «Тихоокеанская звезда», инструктор Охинского ДальКрайОНО Турецкая пишет: «Для успешного выполнения школьной программы ДальКрайОНО и Далькрайпросу необходимо своевременно укомплектовать педагогическим составом школы, а также своевременно забросить в достаточном количестве учебники, учебные и наглядные пособия. Срыв школьного строительства одновременно угрожает и срывом Всеобуча и политехнизации.»

Она обратилась к краевым организациям ДальКрайОНО, Далькрайпросу, издательству «Книжное дело» и институту повышения квалификации с просьбой, своевременно оказать содействие в проведении всех мероприятий для проведения Всеобуча и политехнизации для успешного выполнения на окраине дальнего Востока культурной пятилетки в четыре года. Ответ на это послание вскоре пришёл в виде учебников и педагогов.

В 1931 году, после окончания Владивостокского педагогического института, приехали Прант Ксения Андреевна, Медведь Инокентий П., Доронина Юлия Михайловна, Ростовцев Николай Ефимович. По окончанию Иркутского государственного университета – Шварц Григорий Миреевич, Ленинградского педагогического института –  Соловьева Наталья Ивановна, а после окончания педагогических курсов – Шварцман Полина Григорьевна. Все они были направлены в школу фабрично-заводской семилетки. Прибывшие преподаватели сразу включались в учебный процесс и ФЗС была практически полностью укомплектована педагогическими кадрами.

Острый дефицит был только на преподавателей начальной школы и работников дошкольных учреждений.

В связи с разворачиванием работы треста «Сахалиннефть» встал вопрос о строительстве дошкольных учреждений и обеспечения их квалифицированными кадрами. В апреле 1931 года состоялось организационное заседание комиссии по охране труда и быта женщин. Одним из рассматриваемых вопросов на заседании был «Об организации детских площадок и яслей». По этому вопросу выступила представитель РайОНО Мильто. Она пояснила: «В скором времени на Охе и в концессии открывается ряд детских площадок и яслей. К настоящему времени у нас не имеется ни одной работницы по дошкольному образованию. В виду этого создаем курсы по подготовке дошкольных работников».

Заседание комиссии постановило: «Курсы дошкольных работников открыть с первого июля. Просить райком комсомола выделить комсомолок на курсы по подготовительному воспитанию.» Курсы начали работу в здании фабрично-заводской семилетки. После окончания курсов они приступали к работе в качестве заведующих детскими яслями и детскими площадками. К концу 1931 года в Охе насчитывалось 15 детских площадок, одни ясли, один детский сад, 12 детских комнат. Всего было охвачено дошкольным образованием 1000 детей в возрасте от 3-х до 7-ми лет.

В течении учебного 1931-1932 года школами было охвачено 2230 детей школьного возраста, а к учебному 1932- 1933 году в Охе уже существовала сеть школьных учреждений: 3 школы фабрично-заводской семилетки (2 русских и на 17-м участке – корейская) и 10 школ I ступени (начальные), что позволило увеличить число учащихся до 3389 человек. Однако классных помещений продолжало не хватать. Классы были перегружены учащимися. Занятия проводились в три смены. Около 4 процентов детей школьного возраста, в основном дети татарской национальности, не были вовлечены в учебный процесс.

К 1931 году в Охе было открыто 5 медицинских пунктов. В целях большего охвата лечебной помощью жителей Охи на 10-м участке открывают фельдшерский пункт, а в сезонном городке – амбулаторию. При амбулатории 12-го участка открывают зубоврачебный и зубопротезный кабинеты, аптеку, инфекционное отделение. В Охинской районной больнице, кроме терапевтического отделения начинает работу хирургическое. В виду крупного роста цинготных заболеваний с 8 марта при Охинской больнице открывается стационар на 40 коек, а общее число больничных коек составило 70.

Охинское представительство «Союзкино», открытое в Охе в 1931 году, приступило к регулярному демонстрированию кинофильмов в клубах: Блюхера, Сен-Катояма, «Красный строитель», в которых демонстрировались отечественные кинофильмы, а в клубе им. Шварца-Оосуги – концессионного предприятия, кроме отечественных, демонстрировались кинофильмы, привезенные из Японии.

Большой популярностью в 1930-е годы в Охе пользовались балы-маскарады, которые проходили в рабочих клубах, и кинотеатры, а в школах костюмированные вечера.

Проводили их 4 раза в год: 1 мая, 7 ноября, в день празднования Конституции и на Новый год. На костюмированных вечерах и балах-маскарадах выступала живая газета, играл духовой оркестр, проводили лотерею, танцы, сбор средств на различные цели: на постройку дирижабля «Тихоокеанский пролетарий», в пользу красных гиляцких юрт, а за лучший костюм выдавали приз.

В клубе концессий им. Шварца-Оосуги проходят концерты из лучших произведений мировой классики, которые давала бывшая преподавательница Владивостокской музыкальной школы по классу рояля, пианистка Е.И. Соболева. Все номера программы она сопровождала объяснениями: краткие биографические данные о личности классика и краткое объяснение исполняемого произведения.

Просмотров: 671