Пусть никто не будет забыт и ничто не будет забыто

Пусть никто не будет забыт и ничто не будет забыто

  • 03:42 06 апреля
История собирается по крупицам, складывается в большое полотно из маленьких пазлов. Стоит потерять всего один, и картина не будет полной. А порой отсутствие фактов приводит к исторической несправедливости – к забытию имен и событий, к тому что награды, так и не находят своих героев…

История собирается по крупицам, складывается в большое полотно из маленьких пазлов. Стоит потерять всего один, и картина не будет полной. А порой отсутствие фактов приводит к исторической несправедливости – к забвению имен и событий, к тому, что награды так и не находят своих героев…

Три могилы, огороженные одной оградкой. Навещая покойных родных на кладбище, каждый из нас, охинцев, не раз проходил мимо них. Останавливались лишь немногие и скорее для того, чтобы поближе рассмотреть бюсты летчиков. Мало кому известно, что изначально в качестве памятников на всех трех могилах были установлены деревянные самолетные пропеллеры с табличками. Но дерево – материал не вечный. Скульптуры на захоронениях появились в конце 1950-х – начале 1960-х годов благодаря учителю ИЗО охинской школы №2. Старожилам известно только это, ни имени, ни фамилии автора бюстов никто не знает. Вероятно потому, что свое доброе дело педагог делала без афиш, от чистого сердца. Она успела изваять только две скульптуры. Памятник-пропеллер на третьей могиле полностью сгнил, табличка, а вместе с ней и имя похороненного летчика, утеряна.

Вероятно, история с памятниками и судьбой трех человек канули бы в лету. Если бы не люди, которые задались целью отыскать недостающие пазлы и восстановить историческую справедливость. Все три летчика погибли при исполнении служебных обязанностей и как минимум двое сумели «отвести» свои самолеты от густонаселенных кварталов Охи.

IMG_1779.JPG

Один из них Борис Кузьмич Плужников, уроженец Пензенской области (род. 4 августа 1923 года). Человек непростой судьбы, имеющий ранение и как минимум три награды: Орден Красного знамени и Ордена Отечественной войны 1-й и 2-й степеней. Был призван на службу в ноябре 1940 года Пензенским первым горвоенкоматом (ГВК) в звании младшего лейтенанта. На войну попал в 1944 году. Служил в 483-м авиационно-истребительном полку 6-й воздушной армии 1-го Белорусского фронта. Победу встретил на Балтийском фронте. После окончания войны в звании капитана был переброшен в 583-й истребительный авиаполк (командир полка – Н.С. Артемьев) 146-й Хинганской истребительной авиадивизии 29-й воздушной армии ДВВО. Его полк располагался в районе нынешнего аэропорта («новостройка»).

По имеющимся данным, летал на винтовом самолете ЛА-7. Погиб 25 сентября 1951 года, предположительно при испытании нового навесного авиационного оборудования. Те немногие ныне живущие люди, в памяти которых сохранилось это трагическое событие, рассказывают: самолет летел вдоль улицы Дзержинского (ныне улица Ленина) и дважды едва не упал на город. «Дотянув» машину до озера Пионерского, пилот погиб сам, но сумел избежать жертв среди гражданского населения Охи и разрушений.

IMG_1776-04-04-17-04-34.jpeg

– В различных источниках информация отличается, путается, – рассказывает инициатор поисковой деятельности, гендиректор локальной сети «ОхаНет» Дмитрий Сагунов. – Чтобы разыскать родственников Бориса Плужникова, мы сделали запрос в архив Министерства обороны РФ. Был получен ответ, в котором сказано, что архив занимается только исполнением запросов социально-правового характера, то есть, когда дело касается пенсий, льгот и компенсаций. Обращались к данным интернет-портала «Память народа» Министерства обороны, где нам удалось получить некоторые данные. Кроме того, писали на пензенские форумы, выходили на поисковиков, однако никто так и не откликнулся. На сегодняшний день это вся имеющаяся информация, и пока ее недостаточно, чтобы говорить о посмертном награждении погибшего пилота.

Еще меньше данных удалось собрать о втором летчике. Более-менее развернутой информации о нем нет ни в одном архиве страны. На сегодняшний день известно, что Леонид Лукьянович Евсиков (род. 8 августа 1919 года предположительно в Охе) призывался на службу из Охинского райвоенкомата. Он так же, как и Плужников, воевал на Балтийском фронте и после окончания войны в звании капитана продолжил службу в 583-м истребительном авиаполку 146-й Хинганской истребительной авиадивизии 29-й воздушной армии ДВВО. Погиб при обстоятельствах, практически аналогичных гибели Плужникова. Его самолет рухнул на территории школы № 1.

– Очевидцы трагедии, в числе которых и охинский краевед Александр Геллер, вспоминают, что пилот до последнего старался увести самолет от города, искал место для падения, – продолжает Дмитрий Сагунов. – Машина зацепила несколько зданий, но гибели людей летчику удалось избежать. На момент прибытия медицинской бригады капитан был еще жив. Скончался он 18 января 1951 года в больнице. Это одна из версий. По другой, описанной в Книге памяти Сахалинской области, Леонид Евсиков погиб при исполнении служебных обязанностей во время войны, в 1942 году. Предположений много. Могла произойти ошибка при указании даты смерти в Книге памяти.

IMG_1777-04-04-17-04-34.jpeg

Какая-либо информация о человеке, похороненном в третьей могиле, отсутствует. Нет ничего, за что можно было бы зацепиться. Разве только одно: вероятнее всего, это тоже летчик и служил он в одном полку с похороненными рядом боевыми товарищами. Припоминая события давно минувших лет, охинские старожилы предполагают, что в самолете с капитаном Плужниковым был и второй пилот, который выпрыгнул до падения машины и погиб. Не исключено, что в безымянной могиле похоронен именно он.

Вот о чем рассказывает в своей книге «Надежные люди» писатель, Почетный гражданин Сахалинской области Константин Гапоненко:

«В начале лета 1958 года я, младший сержант, оказался с двумя солдатами на окраине Охи – ездили на грузовике по какому-то делу. Увидев кладбище, мы остановились. Юность не воспринимает в полной мере драму смерти, и мы ступили за ограду. Может, кладбище было небольшим, может мы зашли не с той стороны, но нам невольно бросились в глаза гипсовые бюсты над могильными холмами. Я стал читать имена и даты. Жизнь погребенных оказалась очень короткой, смерть их настигла в том возрасте, в котором находились мы, солдаты середины пятидесятых годов. Это были могилы летчиков истребительного полка, погибших, когда авиация переходила с винтовой на реактивную тягу. Столько памятников, куда никогда не придет родная душа – уж очень далек этот край!

Остановились мы у недавнего захоронения – в конце февраля 1958 года разбилась наша спарка, погибли майор, бывший фронтовик, и молодой лейтенант. Весь гарнизон провожал их в последний путь через весь город. Охинцы стояли на обочине в скорбном молчании».

По всему видно, что писатель ведет речь о могилах Плужникова и Евсикова, ведь других военных захоронений с гипсовыми бюстами на охинском кладбище нет. Но опять нестыковка в датах и фактах… Казалось бы, не так много времени прошло с середины прошлого века, но как же сложно отыскать все пазлы и восстановить картину. Сделать это можно только всем миром. К работе охинцев присоединяются все больше людей: поисковики Сахалина, Подольска, Пензы, Москвы. А не так давно к ней подключилась дочь дважды Героя Советского Союза, генерал-майора авиации Григория Андреевича Речкалова. В начале 1950-х годов он командовал 144-й Хинганской авиационной истребительной дивизией, которая базировалась на Сахалине.

Работа идет. В прошлом году уход за могилами летчиков взяли на себя учащиеся СОШ №5.

А уже в этом году инициативная группа намеревается заменить оградку захоронений и обновить металлические козырьки над бюстами.

– В планах на будущее – установка мемориальной доски, – делится Дмитрий Сагунов. – Мы же со своей стороны обещаем сделать все, чтобы историю трех погибших летчиков узнали как можно больше людей. Возможно, это поможет отыскать недостающую информацию, и награды все-таки найдут своих героев.

Пусть никто не будет забыт и ничто не будет забыто.

Кристина Мерена

Фото Д. Сагунова, Л. Голубцовой


Комментарии